Herby – витамины, спортивное питание, косметика, травы, продукты

ВЕНЧАНИЕ АНАСТАСИИ

Прощаясь с дедушкой Анастасии, я сказал ему:

- Вы уж меня простите за непонимание, когда мытам, в тайге, о целях и задачах партии говорили. Теперь я понял: чем сильнее семьи в государстве, тем больше любящих в нём станет жить семьей, тем в государстве больше и порядка будет.

Осмысленные надо обычаи вернуть, обряды наших предков. Их надо только как-то к современности приспособить. Вообще, я начинаю понимать, что это даже не обряды в обычном понимании этого слова. Эта великая наука о жизни. А волхвы - величайшие мудрецы и учёные.

И ещё знаете, о чём сейчас жалею? О том, что не знал раньше, ещё до встречи первой с Анастасией, не знал ничего об обрядах. О том, что с их помощью планеты можно с пользой для семьи использовать. Я не знал, и пришлось Анастасии рожать сына, потом дочь необвенчанной.

Дедушка как-то хитро на меня посмотрел, улыбнулся в седые усы и сказал:

- А теперь вот узнал и задумался, от тебя ли сына родила Анастасия и доченьку?

Ну не то чтобы сильно задумался. Но всё же нелишним будет и нам с Анастасией совершить нужный. Это хорошо, Владимир, что ты сожалеешь. Понимать, значит, начинаешь суть бытия и где сейчас находится сообщество людское. Но сожаления твои напрасны относительно Анастасии. Она обвенчана была, пред тем как ночь первую с тобою провести.

Я некоторое время даже говорить не мог, потом выдавил из себя:

- С кем? Я ж не венчался. Точно помню.

- Ты не венчался, нам её одной хватило. Три дня отец не мог в себя прийти от её выходки. Такой выходки, что миллионы лет не мог придумать ни один мудрец. Ну, в общем, повенчана она.

- С кем?

- Может, с тобой.

- Но я ведь не венчался. И почему «может?» Вы что, в точности не знаете?

- То, что она сделала, Владимир, пока оценить некому. Возможно, она создала сама величайший обряд и предоставила возможность всем женщинам своих незаконнорождённых детей законнорождёнными сделать. Возможно, ещё что-то в небе сотворила. Ею сотворенное, быть может, волхв один лишь оценить сумел бы. Я лучше по порядку всё расскажу.

- Когда ты первый раз пришёл с Анастасией на её полянку и спать укладывался в её землянке, нам пришлось прийти на полянку внучки.

- Зачем?

- Она позвала. Мы почувствовали это и пришли к озеру вместе с моим отцом.

Анастасия стояла на берегу, в руках она держала сплетённый из цветов венок и была вся какая-то торжественная, ухоженная как невеста. Когда мы подошли к ней, отец строго спросил:

- Анастасия, события какие тебе позволили мысли наши вечерние прервать?

- Дедулечки, мне ж кроме вас и некого позвать, лишь вы одни понять меня способны.

- Говори, - отец позволил мой.

- Я повенчаться собралась, в свидетели венчанья моего вас позвала.

- Венчаться? - переспросил Анастасию я, - венчаться а где же твой жених?

Не должен был я говорить, когда отец вёл диалог. Он строго на меня взглянул. Она не мне, ему как старшему сказала:

- Когда обряд венчания творится, сначала спрашивают молодых, как будет жизнь устроена вокруг.

Какое сотворено пространство.

Отец об этом знал, не нарушая правил, согласился. Вот тут-то, похоже, нас внучка и отключила, как говорится на вашем языке, или очаровала, как в прекрасном сне.

Анастасия стала о будущих соседях говорить своих. Она умеет своей мыслью голограммы строить, об этом знаешь ты, Владимир.

Да, знаю.

Но в тот раз над гладью озера она картины необычайно быстро о будущем земном меняла. Необычайно яркие, влекущие её картины были.

То люди по аллеям шли цветистым, степенно улыбаясь и уверены в себе. То дети к речке по лугу бежали, на ангелов похожи. То вдруг как будто с высоты мы в озере прекрасном видим планеты отражение.

И было множество картин и эпизодов чудных и пейзажей необычной красоты.

И вдруг, как будто из тумана, над озером возник один человек. А всё другое вдруг исчезло. Этот человек стоял в центре озера один и смотрел на нас. Вскоре к нему справа подошёл ещё один мужчина, потом девица необычной красоты, вторая, третья. Потом к ним подошли два мальчика-близняшки, взявшись за руки. Людей стояло множество, все были стройны, высоки. На нас они смотрели с улыбкой доброй, от того приятное тепло по телу разливалось. В этот момент услышали мы голос внучки:

- Дедулечки, смотрите: это правнуки о вас с тёплой улыбкой на устах задумались. Смотри, дедулечка мой Моисей, стоит с краю малыш, он на тебя похож и взгляд его твоей душою светится.

Когда исчезли голограммы все, а мы под впечатлением необычным продолжали оставаться, Анастасия вдруг произнесла.

- Как думаете, кто повенчать сможет меня?

И мой отец, не чувствуя подвоха, как требует того обряд венчания, спросил:

- Девица, кто повенчать может тебя?

А она в ответ:

- Венчаю я сама себя пред вами, небом и своей судьбой. - И возложила сама себе на голову венец.

А где избранник венценосный твой? - вопрошал отец.

Ко сну готовится он. Но когда бодрствует, тотоже спит. Он ничего не знает об обрядах. Его потом, через года, нужно спросить.

- Нарушила ты правила, Анастасия, - строго сказал отец. - Науку древнюю волхвов. В обряде двое принимать участие должны, венчаться только друг с другом могут люди. Обряд венчания не состоялся.

- Дедулечка, поверь, он состоялся, я теперь венчана пред небом. В обряде двое принимать участие должны. Но ведь всегда сначала спрашивают одного, потом другого о желанье обвенчаться.

- Меня спросили - я дала ответ. Избранник думает пусть сколь угодно лет. Между вопросами сколько продлиться должно время, никто не указал. Минута или десять лет. Но даже если будет отрицателен ответ, останусь я повенчанной перед собой. И не нарушу вековой завет.

Сказать ещё что-то хотел отец, он даже начал говорить, но в небе грянул гром, слова его все заглушая. И повернулся, и пошел отец, пути не выбирая. Так делал он, когда в волненье находился. Я еле поспевал за ним и слышал, как быстро говорил он, будто сам себе:

- Настырная она, хитра, умна, ей возразить не сразу удается. Ей будто небо вечно потакает. Она планет взаимодействие меняет. Что ж, у женщин есть теперь возможность самим венчаться и на законном основании рожать детей? Надо осмыслить совершённое Анастасией, но сначала надо вернуть всё в прежние законы бытия. Не зря ж они веками были. Чтобы вернуть, надо весомо возразить. Но я не смог: она хитра, умна, но я... Вот я нашёл, как возразить и отменить обряд.

Отец вдруг резко развернулся и к озеру направился. Когда мы к озеру приблизились, но ещё не вышли из кустов, увидели над озером едва заметный необычный свет. И звёзды отражались на воде. И падали, как будто звездопад случился. А наша внучка одна сидела на поваленной сосне в своём венце цветочном, смотрела в сторону землянки, где ты спал, и тихо пела.

Мой отец не стал выходить из кустов, послушал её пение, потом сказал:

- Она повенчана.- И стукнул посохом о землю. - Никто не властен отменить её венчание. По силе равных нет ему, и, - добавил тихо отец мой: - небом внучка наша венчана иль сама собой - одно и то же.

- А что пела Анастасия? Какую песню?

Такую вот:

Я сама собой повенчана –

И теперь твоя я женщина.

Мой единственный мужчина ты.

Претворятся в жизнь наши мечты.

На Земле, планете голубой,

Будет счастлив сын у нас с тобой,

Будет дочь красива и умна,

Людям много принесут добра.

Небом я с тобой повенчана.

На века твоя я женщина.

На звезде, далекой и большой,

Будут внуки жить наши с тобой.

Продолжение следует...